Витязь на распутье
Конный дворик
Интернет магазин картин и фото
Конный дворик | Статьи | ФКСМО | Консультация | Клуб судей | Энциклопедия | Каталог | Обратная связь

Энциклопедия конника
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш



















Походы за "небесными конями" в Среднюю Азию

«Кони Несен превосходят всех своею красотою. Это кони, достойные могущественных царей, прекрасные с виду, мягко выступающие под всадником, легко повинующиеся удилам, высоко несут они свою гордую горбоносую голову и со славой реют в воздухе золотые их гривы»
ОППИАН

Уже в первом тысячелетии до н. э. слава среднеазиатских коней далеко перешагнула рубежи их местообитания, привлекала внимание греческих историков и полководцев, с одной строны, и китайских императоров — с другой. Знаменитые «несейские кони», легендарные предки ахалтекинцев, шли в жертвенных процессиях персидских, парфянских, бактрийских царей, на них сакские всадники побеждали в состязаниях непревзойденных персидских воинов. На скалах в юго-восточной части Ферганской долины археологам (М. Е. Массой, А. Н. Бернштам, Ю. А. Заднепровской) еще до второй мировой войны стали известны изображения тонконогих быстроаллюрных коней, в экстерьере которых отражены все особенности ахалтекинца (гибкая шея, изящная голова, длинный затылок, поджарое сухое тело, короткое ложное ребро, несколько свислый круп, отсутствие гривы и короткий хвост, вытянутое туловище, тонкие стройные ноги).
В позднеантичную и раннесредневековую эпоху предки ахалтекинцев попадали на Северный Кавказ, в Крым и причерноморские степи с отрядами сармато-алан. Но широко стала с ними знакомиться Европа в эпоху арабских нашествий. До завоевания арабами Средней Азии основным верховым и вьючным животным у бедуинов был верблюд, способный проходить за сутки по пустыне до 130 км без воды и несущий на себе груз от 270 до 450 кг.
На основании археологических материалов (изображение коня на стеле из Йемена) установлено, что кони появились в Южной Аравии во II веке н. э., упоминались они эпизодически и позже (в IV веке у Аммиана Марцеллина), но конница появилась только после широких завоевательных походов, достигших Кавказа и Средней Азии в VII веке. Для арабов конь—это один из самых ценных военных трофеев. «В утро грозной битвы нас несут короткошерстные кони, которых мы получили от матерей, захватив у врагов» (Амр ибн Кульсум, VI век).
Яркое и поэтичное описание коня мы видим у Имруулькайса (середина VI века). Из его стихов складывается представление об экстерьере коня со всеми типичными особенностями ахалтекинцев: крупный рост, высокая холка, короткая шерсть, быстрота, огненный темперамент, подвижность, горячность, неутомимость, легкий бег, крепкая конституция. «Он нападает и пятится, кидается вперед и отскакивает назад, подобно обломку скалы, низвергающемуся с кручи... Он поджар и полон огня, а когда разгорячится — храпит, как кипящий котел. Он скачет во весь опор, когда другие скакуны от усталости лишь поднимают пыль с жесткой утоптанной земли» (Имруулькайс).
Знаменитый арабский географ IX века Ибн-йордадбех поэтически пересказал старинную легенду о том, как в горах Средней Азии во время водопоя среди табуна из вод источника каждый день возникал «сверхъестественный» жеребец, а через год родились жеребята «крупные, превосходные, красивые станом. И поймали арканом одного из жеребят и, оседлав его, объездили. И он точно летал между небом и землей, послушный узде, легкий в беге».
Позднее легенды о знаменитых аргамаках появляются на страницах описаний путешествий по Средней Азии.
«Аргамак есть отличной породы лошадь, настоящее происхождение долгое время было неизвестно... Аргамаки большею частью лошади злые, росту среднего, но тонки во всех своих костях, весьма чисты собою, отменно легки, резвы и быстры. Древние россияне любили своих лошадей безмерно. Потомкам надлежало б поддержать и оправдать их выбор»,— читаем мы в «Еженедельнике для охотников до лошадей» за 1823 год.
Одну из наиболее полных и ярких характеристик туркменских лошадей мы можем почерпнуть из трехтомного описания путешествия в Бухару, предпринятого по предписанию высшего правительства Индии в 1831, 1832 и 1833 годах лейтенантом ост-индской компанийской службы Александром Борисом. С этими материалами русский читатель смог ознакомиться уже в 1849 году. В караване, где купцы ехали в корзинах, висящих на верблюдах, верхом на аргамаках, а кто победнее — на ослах, в многоголосом шуме и звяканье колокольчиков, от оазиса к колодцу, от города к небольшому кочевому становищу Борис с несколькими спутниками прошли многие тысячи верст, внимательно наблюдая все вокруг. «Так как жизнь и счастье туркмена связаны с его конем,— писал он,— то и нетрудно понять все его заботы об этом «товарище». Борис описывает седловку коня и подготовку его к набегу—усиленную тренировку при скудном корме: ячмене, сухой люцерне, небольшом количестве воды, что сушит лошадь и придает ей «необыкновенную крепость». Во время набегов, которые совершаются группами в 5—6 всадников (а иногда и до сотни) с несколькими вьючными лошадьми, весь успех операции зависит от силы и выносливости коней. Ведь на протяжении одной-двух недель они ежедневно проходят по 120 верст— этот привычный суточный переход определяется не только необходимой быстротой передвижения, но и расположением колодцев в пустынях Каракум и Кызылкум на расстоянии 70—130 км друг от друга.
Описывая красочный восточный базар, Борис подчеркивал необычность того, что все покупатели приезжают на богато убранных лошадях. Красоту и выносливость среднеазиатских лошадей, отмеченные Борисом, подтверждают и другие путешественники. Так, Вамбери в середине XIX века писал: «Эти красивые животные стоят всех потраченных на них трудов... в самом деле существа удивительные, ценимые сынами пустыни дороже жен, дороже детей, дороже своей собственной жизни... Рассказы об их беге и выносливости вовсе не преувеличены». ф. Нанни, который был отправлен русским правительством в 1853 году в экспедицию за лошадьми и доставил пять жеребцов из Ширвана и шесть из предгорий Хоросана, писал о высокой кровности «этих бесценных по мощности, быстроте и легкости коней... с тонкими ногами, кожею и шерстью, плотной мускулатурой, сухостью головы и ног, весьма скудною гривою, особливо у некоторых лошадей племени Теке-Ахал-Хан». Понятно тогда, почему подаренный персидским шахом текинец Пехлеви, бывший производителем Деркульского завода в 20-е годы XIX века, был сочтен «отборным из отборных», и уже не кажется невероятным, что три жеребца, приведенные капитаном Муравьевым генералу Ермолову от хивинского хана в 1820 году, прошли пустынный и тяжелый путь в тысячу верст от Хивы до берегов Каспия за 7 дней, причем 2 дня без капли воды.
Во время походов в Персию в XIX веке хивинские туркмены ежедневно в течение недели проходили по 120 верст, причем по двое суток могли обходиться полностью без воды. В 1927 году в журнале «Красная конница» был проанализирован «рекорд быстроты передвижения в гористой местности», поставленный в 1909 году туркменским конным дивизионом, который прошел 300-километровый путь за трое суток и 6 часов, пересекая не единожды Копет-Даг и Ала-Даг, опускаясь в долины, карабкаясь по горным тропам. Причем передвижение было с полной выкладкой, а у туркмена к обычному грузу кавалериста всегда были приторочены по две кошмы-попоны и фураж, то есть груз, кроме седла и седока, мог достигнуть 100—120 кг.
Командир Таманского полка Кубанского казачьего войска полковник Арцышевский в бытность свою в Закаспийском крае в 80-е годы XIX века с удивлением и восхищением описывал туркменов, сопровождавших полк в качестве разведчиков на своих ахалтекинцах. Сменяя в день по две лошади, полк ежедневно проходил по 160 км, а туркмены-разведчики коней не меняли, были всегда свежими и готовыми к скачке. Эта выносливость поражала англичан в персидской кавалерии, где использовались эти лошади. В результате такого интереса к необычайно красивым и выносливым лошадям англичанами было вывезено в 1904—1905 годах 214 ахалтекинских кобыл. Но это уже XX век Кончились путешествия за лошадьми, настала пора путешествий на лошадях, а торговые отношения наших дней— это выставки, международные аукционы, что является следующей страницей истории распространения в мире великолепных ахалтекинских скакунов.
Глубочайший и непреходящий интерес к среднеазиатским быстроногим скакунам, проявлявшийся на протяжении трех тысячелетий,—показатель ценности этой великолепной и древнейшей породы для культурного коннозаводства всего мира.

В. КОВАЛЕВСКАЯ, кандидат исторических наук



Прочитал сам, поделись с другом
Новгородская икона. Изображение лошадей восточного типа.
Новгородская икона. Изображение лошадей восточного типа.