О журнале  
Поиск
На ипподромах страны
Тренеры восьмидесятых
Савельев А.

   В начале 80-х годов среди тренеров скакового спорта появились новые имена. Тренотделения ряда конных заводов возглавили молодые люди, большинство которых были не новичками в скачках.
   Один из них Юрий Владимиров. В 1982 году ему доверили второе тренотделение Кабардинского конного завода. Жокей международного класса. За плечами немалый опыт участия во многих ответственных скачках. В скачки пришел семнадцатилетним. Анкета такова: конюх, жокей, тренер.
   ...День главных традиционных призов в Москве в этом году -выдался на редкость жарким. Столбик термометра поднимался выше 30°-й отметки, «жаркой» была и борьба на скаковой дорожке. Молодые тренеры Кабардинского, Лабинского конных заводов и племзавода «Красноармейский» заставили поволноваться ветеранов.
   В скачку на приз Арагвы Юрий Владимиров записал Бумагу (Монконтур—Белена). Записал, надеясь на победу, почти уверенный в успехе. Ничто не предвещало неожиданностей. Бумага уверенно вела скачку, жокей Петряков в точности выполнял установку тренера, и вдруг...
   В последнем повороте Бумага «закинулась», Петряков упал. Владимиров заметно побледнел, но тут же взял себя в руки. Невольно вспомнил свое жокейство, такое же случайное падение на крупном призе, и на мгновение пережил те напряженные секунды. Тогда он скакал так же на фаворите. Ехал «по себе», в пяти корпусах позади лидера, готовясь к решающему броску. Лошади входили в последний поворот. Пора было посылать. Юрий «переложился» чуть влево, целясь в узкий просвет поближе к бровке. Откликнувшись на посыл, будто обрадовавшись требованию жокея, жеребец метнулся в тесную щель, почти касаясь боками соперников. Треск лопнувшей подпруги запоздало долетел до сознания. Жокей потерял равновесие и рухнул вместе с седлом. Он готов был провалиться сквозь землю от стыда. Тяжелой походкой поплелся в паддок. Ему что-то говорили, расспрашивали. В центре ипподромного круга его ждали жена с дочкой. Жена смотрела с тревогой. Четырехлетняя дочь протянула букетик цветов, нарванных здесь же. За спиной гудели трибуны. Букетик жег руки.
   — Могли и зацепить, — подумал он запоздало о мелькавших возле головы подковах и из-под ресниц посмотрел на жену. Нелегкая доля у жен жокеев.
   ...В призе Арагвы, к счастью, все обошлось благополучно. Но теперь иначе воспринял Юрий Владимиров досадный инцидент. Теперь он — тренер. Теперь ответственности много больше. Перед жокеями и конюхами, перед работниками Кабардинского завода, вложившими много труда в выращенных лошадей и доверившими показать плоды их труда лицом, подвести, так сказать, итог многолетней кропотливой работы.
   Как обычно бывает с молодыми людьми, начавшими освоение нового дела, тренерская работа казалась издали делом не особенно сложным. Но реальность в первый же скаковой сезон охладила его пыл. Казалось бы, какое дело; записать лошадей на призы, но оно оказалось камнем преткновения. Лошади, имевшие шансы — сумей тренер правильно их записать — оставались за чертой призеров. Опытом, горечью неудач постигалась эта премудрость.
   В 1984 году пришел первый большой успех. Лошади второго тренотделения Кабардинского завода выиграли на Центральном Московском ипподроме 5 Больших традиционных призов. Блеснули Бумага и Граната. Конечно, сказались и кровь, и класс лошадей, но все-таки, главные герои скачек —люди. И те, которые непосредственно «виновны» в ее успехах: тренер, жокей, селекционер, конюх... И те, ныне здравствующие, и которых нет уже в живых, передавшие свой опыт, знания преемникам Цепочка скачек неразрывна. Нынешнее поколение тренеров — лишь звено в ней, звено, связывающее прошлое с грядущим через сегодняшний день, через сегодняшние рядовые и самые престижные скачки.
   Первым тренером Юрия Владимирова был Николай Михайлович Лаке, человек большой культуры, эрудит, редкий знаток лошадей. Не так часто встретишь в скаковом спорте человека, умеющего доходчиво объяснить, как и что нужно делать жокею на скаковом кругу, как повести борьбу, как сориентироваться в неожиданных ситуациях. Все это прекрасно умел делать Николай Михайлович. От него Владимиров приобрел отношение к скачкам, как к важному, серьезному и непростому делу, научился тактике скачек, научился культуре обращения с лошадьми.
   Анвар Зекашев, жокей и тренер, из тех людей, о которых говорят, что они родились в седле. Такие люди оставляют после себя легенды, о них долго помнят и по ним примеряют мастерство следующих поколений жокеев. Посадке, посылу, пониманию пейса учился у него Владимиров, но не только жокейскому мастерству. Учился одержимости, увлеченности, поклонению скачкам без чего не может состояться настоящий тренер в скаковом спорте.
   Довелось работать Владимирову и с Николаем Насибовым. Тоже незаурядный человек. У него Юрий многому научился.
   Неразрывна цепочка скакового опыта, и каждый новый тренер в ней — всего лишь звено.
   Ни для кого не секрет, что с кобылами работать сложней. Нужен особый подход, терпение. Взбалмошны они и капризны, легко поддаются настроению, любят ласку и нетерпимы к грубости, к незаслуженному наказанию. В 1984 году Бумага и Граната выиграли главные кобыльи призы, не оплошали и в этом сезоне. Сумел Юрий Владимиров правильно организовать с ними работу.
   Не сейчас началась эта работа, а гораздо раньше, прежде чем Бумага и Граната появились на свет. В бытность Владимирова жокеем, когда скакал он на насибовских Флорине и Фалуне. Многих специалистов удивляли эти лошади. Неказистые, а оставляли позади себя статных лошадей на крупнейших международных скачках. В самые горячие деньки съедали килограмм, от силы полтора корма. И откуда только силы брали? А секрет весь в умелом Д кормлении. Насибов «изобретал» малообъемные различные питательные «блюда» с витаминами, углеводами. Теперь колдует над кормежкой и Владимиров. Сам готовит смеси, сам всегда в конюшне во время кормления, заботится о качестве кормов и наличии в рационах сочных подкормок. Кормление считает одним из наиболее важных дел в тренерской работе, и делает это не на ощупь, а как специалист-зооинженер. Он пытается осмыслить с позиций науки систему в работе, чтобы иметь на будущее рецепты, дающие однозначный результат. Опыт приходит с годами, приносит уверенность в работе, постепенно вырисовывается контур системы тренинга, как костяк, на который будут нанизываться все удачные тренерские находки и отметаться случайности. И уже видим мы не новичка-тренера, а достойного конкурента ветеранам, ставившего в тупик самого Насибова.
   В день открытия скакового сезона в Москве Бумага не выиграла приза, но не потому, что соперники прибавили в классе. Просто Владимиров запланировал ей победу в более престижной скачке, в призе Струны. Он не стал после пассивного зимнего сезона форсировать нагрузки, растянул подготовку на более длительный период. А главные, конкуренты посчитали Бумагу «конченой». В нужный момент она показала лучшую резвость на ЦМИ — 1200 м за 1,12,2 и выиграла запланированный приз.
   В том же 1982 году впервые возглавил тренотделение Лабинского конного завода Михаил Лукинов. Пришел он в скачки годом позже Владимирова, в 1971 году, восемнадцати лет, после окончания школы десятилетки.
   Обычно любовь к лошадям — наследственная тяга. У Лукинова другой случай. Свой выбор он сделал не по настоянию родителей, круг интересов которых был далек от мира скачек, сделал сам, сознательно и обдуманно. Тяжелое заболевание ног в детстве, оставившее неизлечимый недуг, казалось, станет помехой в жизни, сузит круг профессий, омрачит и обескуражит молодого человека. Но получилось наоборот. Это обстоятельство подстегнуло волю, подхлестнуло стремление занять в жизни место, где физический недостаток — не помеха, где успех зависит от душевной силы, прилежания и целеустремленности. Таким делом стали скачки.
   Работая конюхом, он не искал поблажки в работе. Напротив, старался ничем не отличаться от физически более крепких людей, находя в этом соперничестве своеобразное удовлетворение, черпая в нем силы и стимулируя жизненный тонус.
   В 1972 году он уже скакал на призы. В 1973 получил звание жокея. Скакал в Пятигорске, Ростове-на-Дону, Алма-Ате. Скакал на чистокровных верховых и арабских лошадях. Побеждал, участвовал в барьерных скачках. Падал. Садился снова в седло, ни секунды не колеблясь и не жалея о выборе жизненного пути.
   В 1981 году, во время реконструкции скаковой дорожки Московского ипподрома, когда главные скачки проходили в Пятигорске, Лукинов «рубился» с сильнейшими жокеями. В том же году ему присвоили звание мастера-жокея. А год спустя он возглавил тренотделение Лабинского конного завода. Жокейства он не оставил, добавив «головную боль» тренера. И в этом сказалось немалое преимущество перед коллегами-тренерами, которые могли лишь наблюдать за борьбой на скаковой дорожке издалека, из паддока. Лукинов же видел все оплошности жокеев, составлял полное представление о возможностях лошадей соперников и своего конного завода.
   По классу лошади Лабинского конного завода ниже лошадей восходовских, кабардинских, онуфриевских, однако нередко преподносят сюрпризы соперникам, побеждая их. Почему? Односложно не ответить.Лучше подготовлены именно к этой скачке, удачно сложились обстоятельства, жокейское мастерство и опыт Лукинова — тоже играют существенную роль.
   Ни жокейству, ни тренерству М. Лукинов специально не обучался. Смотрел, как работают известные мастера, перенимал опыт.
   Частенько опытные тренеры удивляются объему нагрузок, которые он взваливает на лошадей. Резвые галопы в дневные часы, в жару. Выносливые лошади прогрессируют, но бывают и срывы. «Сломался» Беглец, зато Ингул, Зафар, Фальконет побеждали в крупнейших призах сезона. Неудачи болезненны для самолюбия тренера. На людях Лукинов невозмутим и внешне спокоен, но наедине, в тихие часы вечернего отдыха нет-нет полоснет по сердцу досада, что нет специального образования, нет в достатке необходимых знаний, чтобы понять и осмыслить, как, почему надо именно так работать с лошадьми, а не иначе? В потемках, на ощупь непросто ориентироваться в запутанном лабиринте скачек.
   И уж свой шанс Лукинов не упустит. Умеет максимально использовать малейшее благоприятное обстоятельство. Приз Авроры, к примеру. Романтика Кабардинского завода считалась явным фаворитом. И классом выше, и подготовлена достаточно хорошо. Но тренер уехал на международные скачки. Такой случай Лукинов не упустил. Фальконет пришла первой в скачке. И Зафар не оплошал в похожей ситуации в призе имени С. М. Буденного, и Ингул — в призе имени СССР.
   Тренеры 80-х... Ю. Владимиров, М. Лукинов, А. Шавуев, С. Хубулов, А. Спичев. Молодое пополнение. Различные по складу характера, по образованию, по взглядам в скаковом спорте люди.
   Трое из них в этом году успешно выдержали испытания на традиционных международных скачках в рамках Конгресса конников соцстран. Победа в четырех скачках из шести — таков итог выступлений советской команды в Будапеште. Наиболее престижные призы: Москвы, Праги, Будапешта и Варшавы записали в свой актив наши жокеи, тренеры. Восходовские Задор и Фарт, кабардинские Фомина и Румб победили в международных скачках, подтвердив высокий класс советских лошадей.
   Старшим тренером в этих соревнованиях впервые был Арслан Шавуев — начинающий тренер Кабардинского завода. Четыре года он на тренерской работе — срок невелик, но его успехам могут позавидовать более опытные коллеги.
   21 июля в Москве стояла жаркая солнечная погода. Легкий ветерок полоскал разноцветные флаги пе- ред трибунами ЦМИ. Гремела музыка. Оживленно гомонили зрители. Это был день больших скаковых призов, последняя репетиция перед главными скачками сезона.
   В третьей скачке — Большом призе для кобыл двух лет победу легко одержала Романтика Кабардинского завода, опередив ближайших соперников на четыре с половиной корпуса. В следующей, пятой скачке, Большом призе (Оке) для кобыл трех лет, А. Шавуев записал Фомину /Монконтур — Фелюга/. Двухлеткой она выиграла приз имени М. И. Калинина, имела отличную победу в призе Аналогичной этого сезона. Три последних года в Оксе не было равных соперников восходовским лошадям. Казалось, что и на этот раз традиция не будет нарушена: в скачке участвовали четыре классных трехлетки «Восхода». Однако иначе думал тренер второго треноотделения Кабардинского конного завода Арслан Шавуев. Подкинув в седло Петрякова, он напомнил вполголоса: «Поедешь по себе». Это значило, что жокею не надо ввязываться в борьбу, которую попытаются навязать соперники, и скакать в удобную для Фомины резвость.
   Сколько раз, будучи жокеем, Шавуев слышал тренерские установки на скачку? Счета нет. Почти пятнадцать лет участвовал он в ответственнейших международных и всесоюзных скачках. Жокей международного класса, победитель многих престижных скачек на встречах социалистических стран. А начинал скаковое дело конмальчиком, конюхом, с черновой работы в конюшне. Потомственный конник. Отец был жокеем, неоднократно побеждал в дерби, передал навыки и любовь к лошади сыну. Почти шесть лет тренером А. Шавуева был Николай Насибов. Хорошая школа. Основательные, прочные знания приобрел он у него, и как жокей, и как тренер. Теперь они — соперники. В Большом призе для трехлеток их лошади — главные претенденты на победу.
   Арифметика А. Шавуева была несложной: дистанцию 2400 метров разложить в резвость примерно 2.32,5 по пятисоткам — 31,5. У Насибова лошади в такую резвость не потянут. Так, во всяком случае рассчитывал Шавуев, судя по работе главного соперника, за которой он пристально следил на тренировках. А там, кто знает? Насибова так просто не объедешь. Его только можно классом взять.
   — Скачку будешь делать «концом» (финишным броском, значит), — напомнил Шавуев, отправляя Петрякова на предстартовые смотрины к трибунам. Сказал мягко, подружески. Не так давно стояли они на одних весах в судейской, как соперники в скачках — ни к чему подчеркивать субординацию. Теплое человеческое слово быстрей достигает цели. Это Шавуев знает по собственному опыту. Криком авторитет не сделаешь. Понимать надо дело, за которое взялся, любить его и уважать человеческое достоинство подчиненных. Всего четыре года работает Шавуев тренером, а уже свой почерк, собственный стиль взаимоотношений с людьми. Раньше всех приходит в конюшню, позже всех покидает ее. Душой болеет за работу. Сам всегда при кормлении лошадей, всегда тщательно осматривает их после скачек или работы. Не словами, делом старается внушить людям своего треноотделения уважение к работе. Печется о культуре труда. Лошади высокого класса в Кабардинском заводе и отношение к ним требуется ответственное. Шавуев завел полупопонки, чтобы не студить лошадей после интенсивных нагрузок. Мелочь, на первый взгляд. Глину, особенную, для компрессов лошадям привез с собой, и то, что знает в каких местах оголился туф на скаковом кругу, — тоже, вроде бы; мелочи. Но в том-то и секрет успешной работы тренера, что в тренерском деле нет мелочей. Всех лучших своих лошадей А. Шавуев подвел к главным скачкам в отличном порядке, без потерь. А состояние скакового круга на ЦМИ, мягко выражаясь, оставляет желать лучшего. Во многих местах, особенно возле бровки, песок смыло, оголились камни. Много лошадей «жалуются» на плечи, получили серьезные травмы, не единичны случаи трещин на копытах. Если подсчитать в рублях потери лошадей из-за неудовлетворительного состояния дорожки всего лишь за один минувший сезон, то получится сумма намного превышающая затраты на ее капитальный ремонт.
   ...А что же в пятой скачке, в Большом призе для кобыл трех лет? Дали старт. Фемина рванулась к бровке и повела скачку. В какой-то миг, глядя на стремительный галоп Фемины, Шавуев позавидовал Петрякову. Скакать на такой лошади — одно удовольствие. «Только не перепейсил бы». — думал он, мысленно прикидывая резвость первой пятисотки. 31 секунда ровно. Больно круто принял старт. Вспомнилось дерби на Газомете. Тогда Насибов имел почти стопроцентную уверенность в успехе, не появись на горизонте гастролер Зелимхан. Лишь огромное напряжение на протяжении всей скачки и энергичный посыл на финише, до последней черты, позволили Шавуеву вырвать победу. Нос в нос закончили скачку и только фотофиниш определил победителя. Хороший жокей — большая подмога тренеру. Ведь предстоит скакать на классных лошадях, которым цены нет. Нужна быстрая точная (реакция, умение нешаблонно мыслить, высокий уровень культуры. Класс лошади — классом, но и жокеи нужны одаренные. Иначе не похозяйски получается.
   За Петрякова Шавуев, кажется, зря волновался. Жокей взял себя в руки ведет скачку, как ему сказано тренером. Четыре восходовские лошади поджимают сзади, «раскручивают пружину» скачки, пытаются внести нервозность и заставить Петрякова включиться в борьбу. Но нет. Позади 1000 метров, 1500. Когда на противоположной прямой насибовская Сана обошла Фомину, Шавуев напрягся. «Сиди на хвосте. Не рвись», — шепчет он в азарте, будто Петряков может его услышать. Не почести, не торжественная процедура награждения перед бархатной ложей волновали Шавуева. Оправдать надежды многих людей Кабардинского завода, вложивших душу, огромный труд в доверенных ему лошадей, — вот что более всето заботило его в этот момент. Ему, молодому тренеру во всем шли навстречу на заводе. Обеспечили хорошие условия для работы. И вот теперь он отчитывается перед коллективом. Лучший ответ — победа в скачке, но ее еще надо вырвать у таких опытных соперников, как И. Насибов, С. Самопаленко, В. Кубрак.
   Сана далеко не ушла. Петряков держится рядом. Остальные отстают с просветом, выжидая чем закончится единоборство Саны и Фемины. Исход скачки решился на финишной прямой. Фемина легко ушла в отрыв и, не оставив соперникам никаких надежд, финишировала первой с разрывом в три с половиной корпуса.
   Победы в призах: имени РСФСР, Сравнения, Аналогичной, Оксе Большом кобыльем двух лет — таков итог тренера А. Шавуева в 1985 году, плюс успешные выступления в Венгрии. Четыре года Арслан Шавуев тренером в Кабардинском заводе — срок невелик. «Человек на своем месте», как говорят о таких, как он. И, что очень ценно в начинающем тренере, — ответственное отношение к порученному делу, понимание того, что каждая победа, в скачке принадлежит не тренеру или жокею, а всему коллективу конного завода.
   Выбрав жизненный путь с детства, А. Шавуев неизменно верен ему. Жокейство и учеба в сельскохозяйственном техникуме, уроки тренеров, обогатившие знаниями, и опыт международных скачек — все это сплавленное воедино он стремится воплотить теперь в своей работе, работе тонкой- и почетной, работе во славу отечественного коннозаводства.
   Последние годы, особенно скаковые сезоны на ЦМИ 1984—85 годов, отмечены всевозрастающей конкуренцией конному заводу «Восход», недавно единоличному лидеру в чистокровном коннозаводстве страны. Все чаще в числе победителей традиционных призов можно видеть лошадей Кабардинского, Онуфриевского. Днепропетровского, Лабинского конных заводов, рисоводческого ГПЗ «Красноармейский». Нет, лошади «Восхода» не стали ниже классом, просто вырос класс лошадей в других конных заводах.
   Прошлый, 1984 год, оказался на редкость удачным для рисоводческого ГПЗ «Красноармейский». И раньше это хозяйство имело неплохих лошадей. Были успехи, яркие всплески, но два минувших сезона стали качественно новой вехой в его развитии. Уже тот факт, что лошади ГПЗ «Красноармейский» представляли цвет чистокровной породы СССР на Международном конгрессе конников социалистических стран, говорит о многом.
   Осенью 1983 года пришел тренером в риссовхоз Сергей Хубулов. Год этот выдался исключительно удачным для работы: мягкая зима, отличные лошади, дочернее хозяйство «Восхода», достаток кормов. Конечно, было бы несправедливо приписывать одному С, Хубулову успешные результаты испытаний лошадей ГПЗ «Красноармейский». В хозяйстве опытные кадры, великолепные условия для работы и быта, апробированная система работы с замечательными лошадьми. Пришел он не на голое место, но и не на все готовое.
   Два предыдущих года С. Хубулов работал тренером в Бесланском конном заводе. Лошади его тренотделения успешно скакали в Краснодаре. В 1983 году Раст выиграл дерби. Бытовые, жилищные условия, безусловно, лучше в риссовхозе, но не они прельстили молодого тренера, а хозяйское, деловое отношение к лошадям со стороны руководства ГПЗ. Как известно, обеспечение молодняка добротными, качественными кормами, внимательным уходом и должным ветеринарным надзором во многом определяет скаковую карьеру лошади. В этом отношении дело в ГПЗ «Красноармейский» поставлено хорошо.
   С лошадьми С. Хубулову повезло с первых дней работы, ему доверили удачную ставку 1981 года рождения: Мавр, Граф, Фарфор, Гудрон. С осени он начал заездку, работал всю зиму. К открытию скакового сезона в Москве двухлетние лошади подошли в хорошем порядке и оправдали надежды коневодов. Неплохо проявились способности молодого тренера.
   Вырос С. Хубулов в Ставрополье. Еще учась в школе, проводил каникулы возле лошадей. Убирал, чистил, кормил. Влекло к лошадям, нравились эти сильные и добрые животные. Во многом повлиял на подростка пример старшего брата, жокея. До армии Хубулов два года скакал у тренера Долгополова. Работал даже тренером в 1976 году. Но это была еще только проба сил, прицеливание к тренерской работе. Настоящий вкус пришел в Москве на ЦМИ, где был цвет скакового спорта. Особенно пристально С. Хубулов следил за работой Н. Насибова. Во многом копировал насибовские приемы тренировок стараясь нащупать систему. Опыт приходит с годами, через неудачи, которых непросто избежать начинающему тренеру, зато оседает прочно. Порой он рискует переработать лошадь, полагаясь на интуицию, но все больше и больше открываются ему признаки, прямые и косвенные, по которым опытные тренеры судят о физическом состоянии лошади, ширится арсенал технических приемов, позволяющих варьировать нагрузки в зависимости от физических особенностей и характера каждой конкретной лошади.
   Разнообразно, продуманно яостроил Хубулов работу с Мавром (Мон контур — Руса) и Гудроном (Газолин — Рута). Лошади, выносливые, с крепкой конституцией. Мавр — дистанционер, Гудрон —спринтер. Стабильно сильно скакали эти лошади два сезона. Мавр победил в призе имени РСФСР 1984 года в хорошую резвость — 2.33,3, был вторым в призе имени СССР 1985 года, уступив лишь полкорпуса победителю (3.25,6). Гудрон дважды в 1984 и 1985 гг. победил в призе Критёриум.
   По классу лошади ГПЗ «Красноармейский» где-то на шестом месте среди лошадей, привезенных на испытания в Москву, и несомненный успех на ЦМИ обусловлен в большой мере порядком и строгой дисциплиной в тренотделении этого хозяйства. Чистота в конюшне, четкое распределение обязанностей среди персонала и постоянный контроль за их выполнением. Высокая трудовая и производственная дисциплина в вопросах кормления лошадей, ухода за ними, добросовестное выполнение тренерских указаний, в том числе и жокеями в скачках. Немалая заслуга в общем успехе коллектива тренотделения принадлежит жокеюпервой категории М. Кожомжарову.
   В главной скачке сезона — дерби три первых места поделили между собой лошади конного завода «Восход». Полтора корпуса уступил победителю Экватор (Афине Вуд — Экватория) — лошадь третьего тренотделения, тренер которого Александр Спичев, дебютант 1985 года на ЦМИ. Двумя неделями раньше Экватор победил в призе Анилина.
   В 1984 году Экватор успешно скакал на Краснодарском ипподроме. В пяти скачках — пять побед. Среди них в призах: имени М. И. Калинина и Осеннем. По итогам социалистического соревнования в Краснодаре тренотделение А. Спичева заняло первое место.
   Александр Спичев — не новичок в конном деле. Он — мастер спорта по троеборью, в 1973 году окончил зооинженерный факультет сельскохозяйственной академии имени Тимирязева. Три года работал начконом в Новотомниковском конном заводе. С 1976 года был зоотехником-селекционером в «Восходе» и по совместительству директором конноспортивной школы.
   Высшее зоотехническое образование и опыт в конном спорте — тот необходимый фундамент, который позволяет тренеру осознанно строить работу с лошадьми.
   Не; опережая события и не гонясь за сиюсекундным успехом, А. Спичев ведет планомерную работу, преследуя главную цель .тренера скакового спорта — максимально выявить способности лошадей в процессе испытаний на ипподроме. Фарт и Этап, Экватор и Фацелия еще до конца не раскрыли свои возможности. Лошади, бесспорно, интересные, и что очень важно, в оценке профессиональной пригодности, по словам тренера, работа с ними проводилась без перерыва на вынужденные простои в ветлазарете.
   Пять новых имен среди тренеров скакового спорта: Ю. Владимиров, М. Лукинов, А. Шавуев, С. Хубулов, А. Спичев. Некоторым из них нет тридцати, другим — с небольшим хвостиком, но они уже весомо заявили о себе, добившись значительных успехов на ЦМИ, главном ипподроме страны, где собирается цвет отечественного чистокровного коннозаводства. С присущей молодости увлеченностью, без оглядки на авторитеты они смело экспериментируют, ищут непроторенные пути в тренерской работе, наполнив соперничество конных заводов новым содержанием и обострив конкуренцию испытаний лошадей чистокровной верховой породы бескомпромиссной борьбой в каждой календарной скачке, без деления их на рядовые и престижные.
  
   А. САВЕЛЬЕВ
"Коневодство и конный спорт" №11, 1985г.
К оглавлению

Прочитал сам, поделись с другом


Ю. Владимиров


М. Лукинов на Ингуле после выигрыша приза имени СССР. ЦМИ, 1985.