О журнале  
Поиск
Литературная страничка
Родео
Истлейк У.

   Огромные ворота загона широко распахнулись, раздался выстрел. Сделав в воздухе несколько сальто-мортале, на арену упал человек. На минуту воцарилась тишина. Прогремел выстрел, на этот раз зрители увидели лишь дикую лошадь.
   — Для тех, кто не знаком с этими состязаниями,— сказал спокойно распорядитель,— объясняю: они должны были появитвся на арене вместе.
   Снова последовал выстрел. На какое-то мгновение показался на лошади всадник, но сразу же она сбросила его. Шла национальная мексиканская конная игра родео, заключавшаяся в том, кто дольше продержится на дикой неоседланной лошади. Только очень ловкие, сильные и смелые могли стать победителями.
   Тяжело дыша, к месту игры спешил девятилетний мальчик Сэнт, который приехал сюда издалека. Он много слышал о мужестве ковбоев, об этой увлекательной конноспортивной игре. Ему страстно хотелось все это увидеть своими глазами.
   Сэнт пролез под забором и начал карабкаться по деревянному барьеру. Отсюда ему были видны как на ладони все сооружении своеобразного манежа. Он разглядел огромную арену, огороженную невысоким забором, и загон для диких лошадей. Вокруг ограды толпились тысячи зрителей и стояли фургоны индейцев.
   Вдали по дороге, спускавшейся с гор, мчалась машина, поднимая столб красноватой пыли. Когда пыль рассеялась и показался голубой «крейслер» с прицепом, все поняли, что это Леметр — «король» ковбоев, его ждали. Машина остановилась. Вышел человек в шляпе с огромными полями, который направился к судейской вышке.
   Зрители повскакали с мест, зашумели, сбились в кучу и начали громко скандировать: Леметр, Леметр! Человек в шляпе скромно ответил на шумные приветствия и занял место в судейской.
   Мальчик смотрел вниз, где в тесном загоне толпились лошади. Они двигались по кругу, сталкиваясь друг с другом, подгоняемые бичом погонщиков. Сэнт тщетно пытался сосчитать лошадей.
   Тем временем несколько ковбоев в пестрых нарядах занялись вороной лошадью. Эта лошадь не была в общем загоне вместе с другими, ее держали в тесном боксе, сколоченном из бревен. Накануне состязаний лошадь с трудом привели сюда с гор. Ходили слухи, что она искалечила нескольких смельчаков, пытавшихся на нее сесть. Эту лошадь хотели продать в городской родео, но владелец его отказался, сказав: «Черт возьми, да это не лошадь, а электрический стул. Это будет экзекуция, а не скачка. Держите-ка ее покрепче, да не отпускайте, пока я не отъеду отсюда подальше».
   — Великий Леметр окажет нам, сельским жителям, честь, показав класс верховой езды,— сказал распорядитель ровным голосом и приподнял шляпу.
   Сэнт посмотрел сквозь решетку на «короля» ковбоев. Леметру на этот раз, казалось, изменило хладнокровие. Он положил одну руку на другую, чтобы скрыть дрожь, но это продолжалось только одно мгновение. Леметр посмотрел вниз на толпу и кивнул головой.
   Люди в ярких нарядах с криками и бранью старались втащить вороную лошадь в своеобразный раскол, находившийся под судейской вышкой, из которой лошадей выпускали уже на арену. Но вороная не шла. Ее тянули и подталкивали до тех пор, пока не достигали двух параллельных столбов, расположенных на расстоянии полутора метров друг от друга. Тогда просовывали между столбами и забором жердь так, чтобы вороная громадина не могла попятиться назад, а затем начинали тащить ее и следующему столбу. Но вдруг она рванулась и разнесла в щепки жердь, с помощью которой ее удерживали, и пятясь, отступила назад к месту своего прежнего заточения. Люди начали все сначала, на этот раз, пользуясь более прочной жердью, несколько человек, обливаясь потом и отчаянно ругаясь, тащили и толкали вороную до тех пор, пока наконец она не была водворена в загон и заперта на замок.
   — Ну,— сказал один из судей,— мы готовы и сможем начать игру (объезжать эту дикарку), как только обвяжут ремень вокруг ее брюха.
   Тем временем люди старались опоясать вороную ремнем. Мальчик наблюдал, как они протащили ремень под брюхом неистовой дикарки. Человек по ту сторону загона подошел и осторожно перекатил ремень. Лошадь ударила задними ногами и человек упал.
   — Нет, ребята, это не дело. Распорядитель остановился и посмотрел на Леметра.
   — Может быть, мы не будем просить человека с городской репутацией объезжать деревенскую лошадь?
   Зрители засмеялись.
   Распорядитель, казалось, раздумывал, постукивал палкой по перилам.
   — Вот что я предлагаю, ребята. Давайте-ка лучше пойдем по домам и бросим эту затею. Вы уже достаточно позабавились.
   Толпа негодующе загудела.
   — Ну, тогда я умываю руки,— сказал он, отходя в сторону.
   Представление, казалось, было окончено, Люди уже начали расходиться к своим грузовикам и фургонам.
   — Минуточку! —вдруг сказал Леметр, Он уже находился на том месте, где только что стоял распорядитель.— Минуточку! У нас есть еще один всадник
   — И он начал спускаться с судейской вышки. Толпа застыла на месте, наблюдая за ним.
   В этот момент мальчик, с ловкостью обезьяны, соскользнул с вышки и помчался к загону. Леметр издали с удивлением заметил, как мальчишка гладит вороную по морде и что-то ей бормочет.
   Это был Сэнт. А когда Леметр приблизился к загону, он пролез под барьером и скрылся под черной громадой лошади, обвел пояс вокруг ее брюха и оба конца ремня передал наверх Леметру, который ждал, стоя на барьере.
   — Лошади, наверное, уже надоела твоя болтовня,— сказал он громко, но без зла и хотел было подтянуть ремень, но лошадь вдруг рванулась с такой силой, что закачалась судейская вышка. Сэнт взобрался на барьер. Зрители, видя как неистовствует лошадь, стали наперебой кричать:
   — Бросьте эту затею, убьет!
   — О, нет! — сказал Лемегр, вскочив на лошадь,— Теперь уже слишком поздно.
   Лошадь рванулась и стала бешено бить задними ногами о высокий барьер. Вдруг деревянная ограда рухнула и развалилась на части. Люди, сидевшие на барьере, в панике стали прыгать на землю и отбегать, а Сэнт, который в этот момент находился выше всех, на мгновение очутился в воздухе. Еще секунда, и он был бы растоптан копытами разъяренной лошади. Но Леметр, старавшийся сдержать взбесившуюся лошадь, на лету подхватил мальчишку правой рукой, а левой ухватился за ремень и они вместе вихрем взлетели вверх. Леметр все держал мальчишку над собой, как победный трофей. Так они поднимались все выше и выше, пока наконец, словно остановившись в полете, тяжело скользнули вниз. Вдруг лошадь вновь взвилась на дыбы таи, что те, «то стоял поблизости, разбежались под грузовики и фургоны и оттуда в безопасности за ней наблюдали. Наконец, она коснулась земли, как подбитый самолет, резкими толчками стараясь сбросить смельчаков. Но они, казалось, приросли к ней. Еще рывок — и всадники, как на крылатом Пегасе, перелетели ограду и помчались в сторону города. Зрители повскакивали с мест, с испугом наблюдая, как трое слившихся тел бешено неслись по полю. Но вот вороная сделала еще один мощный прыжок в воздух — и остановилась, присмирев: силы ее иссякли...
   Леметр сошел на землю, все еще держа мальчишку высоко над головой, да так бережно, будто они собирались лететь на луну. Оглушенная толпа безмолвствовала. Леметр провел лошадь под уздцы в прицеп своей машины и запер за ней дверь. Посадив мальчишку рядом с собой в серовато-голубой «крейслер», он уехал.
   — Я довезу тебя до дома, где бы ты ни жил.
   — В ранчо «Вращающегося сердца»,— ответил Сэнт,
   Держа руль одной рукой, Леметр свернул сигарету и посмотрел на мальчика.
   — Мы победили ее,— сказал он.
   Они промчались мимо огромных желтых скал, вдыхая чистый воздух Нью-Мексико, ощущая окружавший их бескрайний простор. Затем переехали через бирюзовые ручейки среди глинистых гор и выехали наконец на холмистую степь — родину вороной пленницы.
   — Она свыкнется с участью объезженной лошади, .. — как бы успокаивая себя сказал Леметр,— ее будут кормить каждый день, ухаживать за ней и надевать красивое снаряжение. Она привыкнет к загону... Однако по его лицу было видно, что в душе у него происходит какая-то борьба.
   — И все-таки она заслужила свободу!—вдруг твердо сказал Леметр. — Даже при хорошем корме и красивом снаряжении нет ничего хуже неволи,— продолжал он. Пристально глядя на выступавшие на горизонте скалы, Леметр смял окурок и резко бросил его в пепельницу.
   Сэнт следил за ним с детской глубокомысленностью, но он плохо понимал, о чем говорил Леметр и что с ним происходит. Затем нерешительно сказал: «Вы хотите»...
   — Возможно,— перебил Леметр. Он остановил машину, вышел и, повозившись с замком, отпер дверь прицепа. Послышался шум, будто огромные крылья взмахнули в сторону высоких холмов. Это Леметр выпустил на волю вороную красавицу, а потом вернулся и сказал: «Неволя. Вот что хуже всего. Вот о чем я думал». Они несколько минут стояли молча, вслушиваясь в удаляющийся топот копыт.
   В опустившихся сумерках «король» ковбоев и мальчишка ехали среди холмов, связанные общей тайной, как будто они вместе открыли ворота тюрьмы для незнакомого пленника. Они освободили того, кто пытался убить их. Против несправедливости, против всех законов неволи они были вместе и действовали заодно.
  
   УИЛЬЯМ ИСТЛЕЙК
   (авторизованный перевод с английского Н. Кролик)
  
"Коневодство и конный спорт" №4, 1968г.
К оглавлению

Прочитал сам, поделись с другом