О журнале  
Поиск
Литературная страничка
Фред Арчер
Гулд Н.

   Вот что несколько лет назад написал мне известный австралийский писатель Алан Маршалл: «О Нэте Гулде. Теперь его не читают, а некогда расхватывали, как никакого другого писателя в Австралии.. Книги его расходились миллионными тиражами. Родился он в Англии, в 1857 году и в 1884 году приехал в Австралию. Стал корреспондентом газеты в Брисбейне, а затем сделался редактора»! одной общеавстралийской газеты. Его первая книга о скачках появилась в 1891 году под названием «Двойной» и тут же приобрела успех. С тех пор он писал о скачках по четыре книги в год. Кроме того, написал он больше двухсот рассказов. Вернулся он на родину в 1895 году, где и умер в 1919 году. Критики оценивали произведения Нэта Гулда так:
   «Откровенная простота стиля, искреннее обращение к непосредственным чувствам читателя, среди которых— любовь к этому благородному животному, лошади». Написал он около 150 книг. Крупным писателем не был, но был популярен и писал только о лошадях. Хотя его теперь не читают, но я слышал, что один английский издатель собирается вновь выпустить его книги».
   Читатели журнала уже знакомы с открывками из романов Нэта Гулда. На закате своих дней он написал воспоминания. Помещаем из них несколько страниц, посвященных знаменитому жокею Фреду Арчеру.
  
   Д. УРНОВ
  
  
   С Фредом Арчером я встретился впервые в Линкольне в гостинице «Голова сарацина». Прежде я не раз видел его в езде. А это было, если мне не изменяет память, в тот год, когда Рози-Кросс выиграл Линкольнский гандикап, а может быть, гандикап выиграл Туше, во всяком случае, кто-то из них двоих: пишу о скачках по памяти.
   Арчер умел располагать к себе людей. По крайней мере, меня он обворожил. Возможно, действовала его жокейская слава, а все же многое шло от его личности. Держался он дружески, благородно, хотя иногда бывал и груб на язык. У него было выразительное лицо и прекрасная улыбка, в особенности, если он встречал друга. Для жокея он был высоковат. Думаю, что-то около 175 см. Он был худощав, однако худым не выглядел. Был сильным, но постоянно ослаблял себя из-за того, что ему приходилось много выдерживаться. Замечательные у него были глаза. Поначалу они казались тускловатыми, в особенности, когда он, задумавшись, опускал ресницы, но стоило ему только чем-нибудь заинтересоваться, как взгляд его вспыхивал и освещал все лицо. Глаза у него буквально говорили, во всяком случае, я их понимал. И голос у него был под стать глазам. В нем звучала какая-то сила, воля, уверенность в себе. В этом голосе не было резких, режущих нот, даже когда Арчер говорил повышенным тоном. А сердца такого доброго, как у Арчера, ни у кого не было. Сколько он раздавал денег, я не знаю, потому что он делал это втайне. Наверное, он не был безразличен к деньгам, но только ради той силы, которую они ему придавали, позволяя ему поступать так, как он считал верным. Иногда он молча задумывался, и тогда лицо его принимало совсем иное выражение. А думал он, я уверен, не только о скачках. Многие бедняки благословляли имя Фреда Арчера. Помню, один старик, который когда-то скакал, признался мне:
   — Если бы не он, — и показал на Арчера, — я бы уже давно был на том свете.
   Я спросил, как это так. Он ответил:
   — Я был очень болен. А он ехал с дорожки. Придержал лошадь, спросил, что со мной. Я сказал. Он поехал дальше. Часа через полтора принес мне письмо, конверт, а в нем десять фунтов. Благодаря этому я и поднялся на ноги. Хороший парень, этот Фред, хороший...
   Родился Арчер 11 января 1857 года, так что он был почти на год старше меня. Женился он на Нелли Доусон, дочери Джона Доусона, стартера, свадьба была 31 января 1884 года, а 8 ноября того же года она умерла, и от этого он чуть было сам не умер. Остался он с ребенком, девочкой. Я ее не так давно видел на прогулке верхом на Ньюмаркетском скаковом поле. Отец Арчера выступал на Литтл-Чарли, в Ливерпульском стипль-чезе и брат его Чарльз, который сейчас скачет в Ньюмаркете, тоже немало ездил. Другой его брат Вильям погиб в барьерных скачках на ипподроме в Челтенхеме в марте 1884 года. По фотографиям видно, что Фред и Чарльз были очень Друг на друга похожи. Чарльз Арчер назвал в мою честь лошадь, но она в заездке показала себя неважно, и он передо мной за это извинился, поскольку мы были друзьями с его братом. Зато в барьерных скачках Нэт Гулд пошел хорошо и выиграл около сорока различных призов.
   Каким же мастером был Фред Арчер! Увидим ли мы еще одного такого? Я в этом что-то сомневаюсь. Взгляните на список его соперников, с которыми он скакал, и сравните его выигрыши с победами нынешних жокеев. Конечно, к нему поступал самый класс, но далеко не весь, ведь тогда были и такие мастера, как Том Кэннон, Джордж Фордхем, Джон Осбор, Чарльз Вуд и многие другие, с которыми надо было скакать. И в тот год, когда я уезжал в Сидней, в 1884, он выиграл 242 раза, в 1885—246, в 1876, 1877 и 1878 он выигрывал больше двухсот скачек каждый сезон. С 1876 по 1885 год он только два года выигрывал меньше двухсот скачек. Выступал он каждый год бессчетное количество раз. Одной из лучших его скачек была, помоему, победа в Городском и Пригородном призе на Мастер Килдере. Он же ехал и на Мелтоне,- сыне Мастер Килдера, когда тот взял Дерби. Хорошая это была лошадь — Мастер Килдер.
   Когда Леовиль, получивший от Мастер Килдера около четырех фунтов форы, ехал под уклон, казалось, что Арчер проигрывает. Но Арчер ехал на Мастер Килдере с хладнокровным расчетом и на финише побил Леовиля на голову. Это был прекрасный пример мастерства, и публика его горячо приветствовала. Эта скачка была репетицией перед Дерби, и когда Арчер выиграл на Бенд Оре, без сомнения, многие вспомнили его езду за два месяца до этого на Мастер Килдере. Незадолго до Больших призов Арчера изувечила лошадь Мулей Эдрис, она так укусила его за руку, что Арчер ехал на Дерби, держа повод одной рукой. Памятное это было Дерби. Роберт Дьявол под Розитером повел со старта и вроде бы должен был выиграть. Арчер на Бенд Оре потихоньку подбирался к передним лошадям, а затем захватил лидера. Изумительная борьба, но жокеи были, конечно, не равного класса. Розитер не годился против Арчера. Когда Арчер с ним сравнялся, он, казалось, окаменел. Просто замер, потом попробовал броситься, но ничего у него не получилось. Возможно, он сознавал, на что способен Арчер, и не удивительно. На финише Арчера боялись и не такие, как Розитер. Бенд Ор сравнялся с лидером, на мгновение они шли голова а голову и затем полыхнули мимо столба — Бенд Ор был впереди. На Эпсомском ипподроме он всегда выступал прекрасно.
   Роберт Дьявол взял реванш в Сент Леджере, когда ехал на нем великий всадник Том Кэннон. Бенд Ор считался фаворитом, но на финише он был на 15—20 корпусов сзади Роберта и кончил чуть ли не последним. Жуткий это был день. Дождь лил потоком. Дорожка превратилась в море грязи. Жокеи промокли до нитки, публика тоже. Жокеям даже разрешили снять фунта по два веса за счет той грязи, что налипла у них на камзолах. Камзол у Тома Кэннона был белый, полоса и картуз небесно-голубые, так что вообразите, как он выглядел. В призе Цесаревича Том Кэннон опять выступал на Роберте и выиграл с весом в 8 стоунов 6 фунтов — великолепное выступление. Потом Люсетта выиграла приз Кембриджшира... А на следующий год Бенд Ор выиграл приз Города и Пригорода с весом в 9 стоунов, давая Фоксхоллу 2 стоуна 6 фунтов форы. Представляете себе, что это было за выступление, если учесть, что затем Фоксхолл сделал дубль, выиграв приз Цесаревича и Приз Кембриджшира? Фред Арчер всегда считал, что Бонд Ор — лучшая из лошадей, на которых он ездил, и, вероятно, так оно и было.
   На ипподроме Ньюарк дорожка любопытной формы, в виде яйца, с очень крутыми поворотами. Немыслимая состоялась на этом кругу скачка, в которой участвовали Арчер, Вуд и Эбингтон Берд. Берд выиграл. Эбингтон Берд («господин Эбингтон», как его называли) был прекрасным всадником, но человек он был совершенно неуправляемый и потому рано кончил. Он мог проехать из конца в конец через полсвета, чтобы принять участие в скачке, ибо любил это дело, и великолепно мог по- ехать. По стилю езды он напоминал Арчера, только у него не было того же мастерства. У Фреда Арчера были изумительные руки, удивительное чувство пейса и точное знание того, что в данный момент делают его соперники в скачке. Финишировал он сокрушительно. Казалось, не лошадь несет его, а он — лошадь.
   Когда Сент Блэз выиграл Дерби, многие не согласны были с судьей Кларком, считая, что выиграл Хайленд Чиф. Гайлард, на котором ехал Арчер, и Хайленд Чиф со старта шли голова в голову, но не могли «взять» Сент Блэза под Вудом. Много было в свое время разговоров об этой скачке, и многие обвиняли Арчера в поражении Гайларда. Говорили, что он плохо на нем проехал, говорили еще и не такое... Удивительно, как потеря хотя бы малых денег влияет на мнения людей. Гайлард отстал, идя под уклон, потому что он был слаб на плечи и сделать нового броска уже не мог. Достаточно иметь хотя бы унцию здравого смысла, чтобы понимать, что Арчер, если бы только мог, не стал бы проигрывать не только Дерби, но вообще любую скачку. Выигрывать он любил и всегда стремился быть первым в списке жокеев-победителей. Ни один человек, который когдалибо садился в седло, не ехал с таким желанием во что бы то ни стало выиграть, как Арчер.
   Сент Саймон под Арчером выступил впервые на Гудвудском ипподроме в 1883 году, выиграв скачку Хэлнакера и Вступительный. Купил его Мэт Доусон для герцога Пертлендского на аукционе лошадей принца Бэттиани. Насколько это была удачная покупка, каждый знает, известно также, сколько он дал классных лошадей. Его потомство заставит о нем долго помнить. У меня хранится подкова Сент-Саймона. Мне прислал ее Эрнест Дэй, тот самый, который привел в Австралию Карбайна.
   Были слухи, будто Вуд и Арчер стояли одно время во главе жокейского сговора. Я этому ни секунды не верю. Чарльз Вуд еще жив, он сам за себя может сказать. И я думаю, он подтвердит, что ни он, ни Арчер никакими сговорами не занимались, даже если таковые в то время и бывали. Арчера подобные обвинения всегда приводили в ярость, и не даром. Публика совсем не дура, и она бы не рассчитывала на Арчера или Вуда, если бы не была уверена, что эти жокеи едут на выигрыш. Глупо думать, будто два ведущих мастера своего дела могли пойти на такую штуку. Возможно, на них делали ставки другие жокеи, которые были уверены в их выигрыше. Все жокеи хотят выиграть, если только это им удается. У них это вторая натура, и если кому-то из них приходится выслушивать указание «попридержать», то это вина не жокеев, а тех, кто подобные распоряжения дает. Но думать, будто лучшие жокеи придерживали лошадей по своему собственному желанию, это просто смехотворно. Это говорит лишь о том, до какого невежества доходят люди.
   Конец Арчера наступил чересчур быстро — в 1886 году. Я находился на ипподроме возле Брисбейна, когда пришла эта весть. Было большое собрание местного жокей-клуба, пришла телеграмма. Воцарилась мрачная тишина. Потом раздались голоса: «Арчер умер», «Арчер застрелился», «Бедный Фред»... Мы были за пятнадцать тысяч миль, и все же эта весть всех затронула. Там были люди, вроде меня, которые видели его езду. Кое-кто тоже знал его лично, и мы говорили между собой об этой печальной новости. Даже здесь сказывался авторитет Арчера. И это отношение к нему произвело на меня впечатление в качестве признания его изумительного жокейства.
   Доконала его выдержка перед ездой на Сент Мирине в Кембриджширском призе. Сент Мирин давал Сейлор-Принсу форы и проиграл голову. А последнюю свою скачку Арчер ехал на Томми Литтлмаусе. Был очень плох, ему советовали пойти домой, он, наконец, отправился. Когда он добрался до Ньюмаркета, был уже в ужасном состоянии. У него в спальне возле постели был пистолет, и в припадке безумия он выстрелил в себя, прежде чем ему смогли помешать. Диета и парная баня сделали это, а не его собственные руки. Теперь, приезжая в Ньюмаркет, я никогда не ухожу оттуда без того, чтобы не навестить кладбище, неподалеку от скакового круга: там слышны утренние галопы. И я останавливаюсь над могилой Арчера и думаю о былом. Вот кого довела до смерти его профессия. Никто не смог бы выдержать подобного напряжения. Там он покоится в мире. А мне интересно знать, слышит ли он стук копыт и видит ли лошадей на работе? Кто знает! Возможно, что и слышит.
  
  
   Перевод Ф. У.
  
"Коневодство и конный спорт" №3, 1981г.
К оглавлению

Прочитал сам, поделись с другом