О журнале  
Поиск
Улучшение качества
Методы разведения и селекции при выведении торийской породы
Мауринг Х.

   Колыбель образования торийской породы лошадей — Торийский конный завод, основанный в 1856 году.
   В течение 125 лет менялись методы селекции и разведения лошадей, которые в конечном итоге успешно завершились созданием новой отечественной породы. История создания породы интересна как в теоретическом, так и в практическом отношении. Самое большое влияние на зоотехническую деятельность завода и выведение породы оказали выдающиеся ученые—академик А. Миддендорф (1815—1894) и заслуженный деятель науки Эстонской ССР М. Ильмярв (1891—1951).
   В середине прошлого века в связи с применением новых сельскохозяйственных машин и орудий возникла необходимость в разведении более крупных и сильных лошадей. Для улучшения местной эстонской лошади (клеппера) решили основать конный завод с местонахождением в Торийском государственном имении, конный состав которого состоял — из 50 кобыл и 7 жеребцов эстонской породы, 3 арабских, 3 финских жеребцов и 10 финских кобыл. Однако опыты скрещивания эстонских лошадей с арабскими и финскими не дали желаемых результатов.
   В 1862 году по предложению академика А. Миддендорфа для Торийского конного завода были закуплены арденские лошади. А. Миддендорф, как член комиссии завода, систематически проводил измерения и взвешивания чистопородного и помесного молодняка. Учеными уже в то время были установлены известные закономерности в стадии развития конского молодняка. А. Миддендорф выявил, что в одном периоде у молодняка возрастают большие высотные промеры, в другом периоде — широтные. Регулируя кормление в различные периоды развития молодняка, можно образовывать у него более широтные формы, увеличивать ширину груди, крупа.
   А. Миддендорф рекомендовал применять арденов методом вводного скрещивания. Помеси первого поколения арденских жеребцов и эстонских кобыл крестьяне считали хорошими рабочими лошадьми и за них платили вдвое больше, чем за эстонских лошадей. Однако при дальнейшем спаривании не удалосьсохранить этот промежуточный тип между арденскими и эстонскими лошадьми.
   При оценке результатов разведения следует иметь в виду тогдашние плохие условия кормления в Торийском конном заводе и неурожаи, отчего страдали особенно ардены, как скороспелые животные. Арденские помеси к тому же отличались низкой плодовитостью, они были подвержены заболеваниям, вследствие чего после десятилетнего периода от использования арденов отказались. Арденский жеребец Бурбон продуцировал в заводе до 1876 года. От него получено 111 жеребят, из которых использовались в качестве племенных животных 11 жеребцов и 15 кобыл. Эстонские лошади преобладали в заводе до 1875 года; из жеребцов-производителей были 67%, из кобыл 42% эстонской породы, к последним относились еще помеси с арденами и финскими лошадьми (35%). Разведение эстонской лошади продолжалось в заводе до 1888 года.
   Чистым разведением эстонских лошадей получили ряд хороших производителей, из которых наиболее выдающимся был Вапсикас. Его с успехом демонстрировали на выставках в Риге (1865), Москве (1866) и на Всемирной выставке в Париже (1867).
   В 80—90-е годы в заводе применяли подбор с целью производства ценных ездовых и каретных лошадей, на которых был большой спрос. Для этого из Западной Европы завозили чистокровных и полукровных (тракененских, ганноверских, голштинских, англо-арабских) верховых жеребцов.
   Завезенные в начале нынешнего века ганноверские жеребцы оказались в условиях завода непригодными. От них получали негармонично сложенное потомство высоконогих, узкогрудых лошадей, которых нельзя было с успехом использовать в сельском хозяйстве. Более подходящими оказались голштинские жеребцы, выдающимся из которых был жеребец Карузо. С ним и его сыном за 1921—1939 годы было случено свыше 1500 торийских кобыл. Потомки этих голштинских жеребцов — кобылы сохраняли свойственный торийским лошадям рост и длину туловища, но имели меньшие широтные промеры обхвата и глубины груди. Потомки же жеребцы были выше, длиннее и имели лучше развитую грудь, чем торийские жеребцы. И все же создание торийской породы как сельскохозяйственной началось в 90-е годы с приводом в завод помесного в типе норфолькского рысака жеребца Хетмана. Благодаря высокой индивидуальной потенции этот жеребец давал наиболее подходящее для сельского хозяйства потомство. С Хетманом и с его сыновьями спарено приблизительно 11 000 кобыл. Он стал родоначальником торийской породы, основателем первой заводской линии. Тип Хетмана доныне служит прототипом торийской породы.
   Самых хороших потомков он давал при спаривании с кобылой Бурей. Отцом Бури был орловский рысак Янтарь, а матерью—внучка выдающегося эстонского жеребца Вапсикаса. От Хетмана и Бури получены выдающиеся производители Хиперион и Хэльденкнабе.
   Одновременно с Хетманом в Торийском конном заводе и на случных пунктах продуцировали завезенные из Англии норфолькские рысаки, которые высоко ценились крестьянами. Норфолькские помеси обладали свободными быстрыми движениями и довольно большой тяговой силой на полевых работах. Однако интенсивное использование норфэлькских рысаков повело за собой и опасность близкородственного спаривания. Решили обратиться к новому компоненту разведения. Нашли подходящей восточно-фризскую породу. Тяжелые теплокровные лошади этой породы были хороши как в езде, так и на полевых работах.
   Восточно-фризскую породу начали использовать в разведении с 1913 года. И надо сказать, она существенно способствовала образованию торийской породы как сельскохозяйственной. Более выдающимися из пяти находящихся в Торийском конном заводе восточно-фризских жеребцов были Мейнхард, Аренд и Телло, которые стали основателями новых линий. С этими жеребцами спарено до 1938 года около 1800 кобыл. Потомки восточно-фризских жеребцов по сравнению с торийскими лошадьми линии Хетмана были массивнее, выше, с более узкой грудью, имели более широкий зад и более короткое туловище. Восточно-фризские жеребцы повышали массу тела торийской лошади и компактность ее. Отсюда следует, что восточно-фризские лошади оказывали на тогдашнюю торийскую лошадь желательное влияние и оттесняли отчасти качества, которые были унаследованы от ранее использованных быстроаллюрных лошадей. Однако следует отметить, что завезенные жеребцы передавали и наследственные недостатки.
   Сильное влияние имели завезенные в Эстонию в 20—30-е годы восточно-фризские лошади. Из потомства этих жеребцов занесены в Госплемкнигу до 1941 года 385 особей (27% из всех торийских жеребцов). К тому времени торийская порода лошадей путем сложного воспроизводительного 'скрещивания уже была сформирована.
   В 30-е годы нынешнего века началось в Эстонии поднятие целины, появились новые сельскохозяйственные орудия и машины, которые требовали от лошадей большую тяговую силу. Оказалось необходимым превратить торийскую лошадь в более тяжелую. Это надеялись достичь новым компонентом разведения — бретонской лошадью. В 1937 году привезли в Торийский конный завод 5 бретонских жеребцов из Франции,которых начали использовать путем вводного скрещивания.
   При разведении бретонской породы, как и торийской, были использованы норфолькские рысаки и англонормандские лошади. Поэтому коневоды Эстонии имели дело с родственной породой. Однако различия между обеими породами были все же весьма значительными, что позволяло ждать положительных влияний гетерозиса при скрещивании торийских лошадей с бретонскими жеребцами.
   Чемпионы породы на соревнованиях максимальной тяговой силы жеребцы Ухас, Ухур, Лухар и чемпионы Выставки достижений народного хозяйства СССР Хиндо и Хормон получены путем гетерогенного спаривания лошадей торийской и бретонской линий.
   Бретонские жеребцы обогащали генотип торийской породы и расширили генотипическую вариацию, что давало возможность создавать новые, различающиеся между собой типы и изменять породу в соответствии с изменявшимися требованиями народного хозяйства. Торийские линии давали при соединении с легким типом, происходящим от ранее использованных быстроаллюрных лошадей, верховых и ездовых лошадей, а с бретонскими—массивных сельскохозяйственных.
   Бретонские жеребцы основали новые линии, которые в середине века широко распространились. В 1945—1952 годах к этим линиям относились 688 жеребцов, или 46% занесенных в Госплемкнигу. Полученные от соединения бретонов с торийскими линиями помеси первого поколения превосходили средних по породе по грудным промерам и живой массе. У позднейших генераций происходила регрессия к уровню средних промеров по породе.
   М. Ильмярв, работая заведующим Торийским конным заводом в 1926— 1947 годах, обращал особое внимание на устранение наследственных болезней, а также недостатков в поведении и темпераменте лошадей. Так, удалось устранить среди лошадей вредную привычку «прикуску», которая была очень распространена в породе и передавалась потомкам остфризским жеребцом Аренд, Злых, норовистых, строптивых и лошадей с другими недостатками исключали из разведения.
   Для наблюдения за ростом и развитием животных ежемесячно, начиная с рождения и до 3-летнего возраста, лошадей измеряли, (брали 14 промеров) и взвешивали.
   С целью сохранения ценных качеств эстонской лошади в торийской породе проводились повторные обратные скрещивания с эстонской лошадью. Такая углубленная селекция способствовала улучшению хозяйственных качеств торийской лошади.
  
  
   X. МАУРИНГ
   Эстонская сельскохозяйственная академия
  
  
"Коневодство и конный спорт" №6, 1981г.
К оглавлению

Прочитал сам, поделись с другом